ЮРИДИЧЕСКИЕ ОБЗОРЫ

Уволенных из армии офицеров не может защитить от произвола даже верховный суд страны.

Полковник носачев ушел в запас в далеком теперь уже девяносто шестом году с должности командира учебно-авиационного полка. Часть эта размещалась в военном городке калманка-2 и являлась одним из подразделений барнаульского высшего военного авиационного училища летчиков.

К слову сказать, андрей васильевич и сам окончил в свое время это учебное заведение. Получив предложение остаться в "альма-матер" инструктором, с удовольствием принял его. Мотался по гарнизонам, учился в академии, первым из бывших курсантов стал командиром полка. Почти все объекты, какие нужны были для того, чтобы сделать из рвущихся в небо ребят настоящих асов, а также квартиры для проходивших здесь службу офицеров, строились при нем. Однако гражданским людям жить в военном городке не положено. А потому, в соответствии с федеральным законом "о статусе военнослужащих", уволенным в запас защитникам отечества, независимо от количества звездочек на погонах и их величины, в трехмесячный срок должно быть предоставлено благоустроенное жилье в том населенном пункте, какой они облюбовали для того, чтобы поселиться там после выхода на пенсию.

Увы, бывших военных, желающих обосноваться в барнауле, оказалось столько, что носачев с женой и двумя детьми заветный ордер не увидели и в течение трех последующих лет. Мало того, в конце 1998 года училище летчиков вообще закрыли, служивших здесь офицеров отправили "на гражданку", так что очередь на жилье среди тех, кто решил осесть в административном центре алтайского края, увеличилась многократно. И в калманке-2 в хвост своему бывшему командиру пристроились, как это не раз бывало в полете, без малого шесть десятков прежних его подчиненных, обитающих с семьями в панельных пятиэтажках. На примере полковника в запасе, старшие лейтенанты, капитаны и майоры, не по своей воле расставшиеся со штурвалом самолета, о котором грезили с детства, прекрасно понимали, как долго им придется ждать переселения в краевой центр, где почти все они вынуждены были найти хоть какую-нибудь работу, чтобы не уморить своих домочадцев с голоду.

Свет в конце туннеля забрезжил для них с неожиданной стороны: в россии была принята федеральная целевая программа "государственные жилищные сертификаты". Кстати, в алтайском крае к ней отнеслись в высшей степени серьезно. Местный губернатор александр суриков издал специальное постановление, которым - и это очень существенная деталь - учет офицеров запаса, формирование очереди и принятие окончательного решения о предоставлении квартир возложил на жилищную комиссию краевого военного комиссариата, избавив тем самым органы местного самоуправления от соблазна потратить бюджетные деньги не по целевому назначению, как это случается еще сплошь и рядом.

- У нас же такой номер попросту не пройдет, - утверждает майор запаса сергей канунов, возглавляющий сейчас жилищный сектор крайвоенкомата. - Контроль за очередниками жесточайший: все их документы рассматриваем: образно говоря, чуть ли не под микроскопом. Ну а с другой стороны, главную проблему бывших военнослужащих знаем не понаслышке и делаем все, чтобы она решалась без задержки с нашей стороны.

- И как быстро движется очередь тех, кто ждет жилищные сертификаты? - задаю я главный вопрос своему собеседнику.

- К сожалению, гораздо медленнее, чем хотелось бы всем нам, - отвечает сергей васильевич. - За пять предыдущих лет с момента начала действия программы мы получили в общей сложности четыреста тридцать сертификатов. Нынче алтайскому краю выделили деньги еще на сто с небольшим. В очереди же на их получение насчитываются сейчас девятьсот двадцать пять человек. Так что нетрудно подсчитать: тот, кто занял в ней место сегодня, при существующих темпах реализации программы вселится в свою квартиру не раньше чем через десять лет. Утешает одно - тюменской области в нынешнем году выделено всего лишь четыре сертификата, - кривит он губы в горькой усмешке.

Спору нет, тюменских офицеров запаса, как, впрочем, и их коллег из архангельской, мурманской и рязанской областей, получивших возможность справить нынче всего лишь шесть, пятнадцать и девятнадцать новоселий соответственно, стоит искренне пожалеть. Но какими словами утешить бывших летчиков из калманки-2, которые, как оказалось, никакого права на участие в программе государственных жилищных сертификатов не имеют вообще!

- до сих пор прийти в себя от изумления не можем, - через силу улыбается командир авиационного звена в прежней жизни, а сейчас охранник одного из частных предприятий барнаула виктор тоскин. - Все мы выросли на популярном прежде фильме "офицеры", знаем наизусть знаменитую фразу оттуда, произнесенную одним из героев: есть такая профессия - родину защищать. Каждый из нас делал это честно. Тогда почему же с нами так обошлись? - задает он в бесчисленный раз вопрос, который мучает и всех остальных друзей по несчастью молодого еще майора запаса.

Отвечать на него можно по-разному, но сути происшедшего это не меняет. Обитатели калманки-2, среди которых оказались заместитель командира части александр пермяков, техники самолета василий шадрин и геннадий клепиченко, диспетчер павел ермаков и остальные их товарищи по оружию, вместе с семьями - давайте называть вещи своими именами - брошены на произвол судьбы родным государством, которому они долгие годы служили верой и правдой.

И сделано это воистину по-иезуитски. Вначале, как в один голос утверждают бывшие военнослужащие учебно-авиационного полка, их вышестоящие инстанции "потеряли" списки очередников, претендующих на получение жилищных сертификатов. Затем правительство российской федерации своим постановлением от 8 апреля 2000 года вносит в целевую программу "государственные жилищные сертификаты" изменения, согласно которым правом на их получение наделяются лишь офицеры запаса, "не имеющие жилых помещений для постоянного проживания на территории российской федерации и за ее пределами". Буквально через месяц после этого на свет появляется еще один правительственный документ, утвердивший перечень закрытых военных городков, в котором калманка-2, конечно же, не значилась. В августе того же года городок передается в муниципальную собственность калманского района алтайского края, в соответствующем акте не говорится ни слова о людях, его населяющих. И они, формально имеющие теперь муниципальное жилье, "утратили право на получение государственных жилищных сертификатов по линии министерства обороны российской федерации".

Пока обитатели калманки-2 обивали пороги в крае и округе, один из таких же горемык, борис нагорный, осевший после увольнения в запас в другом регионе, двинулся в верховный суд российской федерации. В конце мая 2002 года его члены удовлетворили жалобу бывшего ракетчика и признали противоречащими федеральному закону "о статусе военнослужащих" и не действующими со дня вступления судебного решения в законную силу слова, содержащиеся в шестом и седьмом абзацах второго раздела программы "государственные жилищные сертификаты", гласящие, что ими наделяются лишь офицеры запаса, "не имеющие жилых помещений для постоянного проживания на территории российской федерации и за ее пределами".

Правительство российской федерации до сих пор, видимо, не привыкшее к тому, что его "исторические" постановления оспаривают простые смертные, обратилось с просьбой об отмене данного судебного решения, и уже 22 августа 2002 года кассационная коллегия верховного суда рассматривала это непривычное пока для многих из нас гражданское дело на своем открытом заседании. К чести людей в мантиях, они подтвердили, что отказ в выдаче жилищных сертификатов военнослужащим только лишь на том основании, что те обеспечены жилыми помещениями (служебными или предоставляемыми для постоянного проживания) по месту службы, как и увольнение их в запас без предоставления сертификата, является неправомерным. Судьи вновь подчеркнули то обстоятельство, что правительство российской федерации, установив дополнительное требование об отсутствии жилых помещений для постоянного проживания на территории россии и за ее пределами, ограничило право бывших военнослужащих на участие в программе "государственные жилищные сертификаты", сузило их круг, определенный федеральным законом "о статусе военнослужащих", и тем самым превысило предоставленные ему полномочия.

Ах как аплодировали этому решению вынужденные жители всех бывших военных городков страны, а не только калманки-2, получившие надежду на благополучное завершение своей многолетней эпопеи! как оказалось, радости той хватило ненадолго. Не только они, но и умудренные опытом члены верховного суда россии не знали, похоже, до конца, на что способны наши правительственные чиновники. И это блестяще доказал начальник гу "объединенная дирекция по реализации федеральных инвестиционных программ" госстроя россии анатолий мишанов. Отвечая своим письмом от 4 февраля 2003 года на запросы из регионов, он разъяснил руководителям своих рабочих групп: поскольку ни верховный суд россии, ни его кассационная коллегия не отменили еще один, девятый абзац второго раздела документа, оспоренного борисом нагорным, в котором тоже идет речь о том, что сертификаты выдаются только военнослужащим, не имеющим жилых помещений для постоянного проживания на территории российской федерации и за ее пределами, следовательно, "условия участия в федеральной целевой программе "государственные жилищные сертификаты" остались прежними".

Скажите, ну где еще правительственный чиновник средней руки может отменить решение высшей судебной инстанции страны?

впрочем, подобные риторические вопросы уже мало волнуют полковника в запасе носачева и его бывших подчиненных, которые опять оказались у разбитого корыта.