ЮРИДИЧЕСКИЕ ОБЗОРЫ

Двадцать лет назад апрелевский завод грампластинок был самым большим в мире производителем музыкальных виниловых дисков, выдавая на-гора до 170 млн пластинок ежегодно. Сейчас его основная продукция -- лапша быстрого приготовления, пластмассовая упаковка и печенье "мелодия вкуса". На заводе, перестроившемся с выпуска пищи духовной на пищу телесную, побывал корреспондент "денег" олег кузьминский.

Завод в тупике.

"Езжайте до железной дороги, потом направо и до конца, там тупик будет -- это и есть завод". Дорогу нам указали верно, завод действительно оказался в тупике. Возле проходной бегало с десяток бездомных собак, хмурый дворник разводил костер из мусора, а на стенде висел августовский номер газеты "знамя ильича" -- печатного органа наро-фоминского райкома кпрф. Сидевший в проходной контролер с лицом в синяках охотно попозировал перед фотокамерой, пожаловался, что ему с июня не платят зарплату, и милостиво разрешил проходить "куда нам нужно". Узнав, что нужно нам в заводоуправление, сказал, что это не здесь, "а там -- совсем в тупике".

Заводоуправление оказалось одноэтажным кирпичным домом дореволюционной постройки. На фасаде запущенного памятника архитектуры висела заводская табличка. Как нам потом рассказали, когда-то оно было жилым домом основателя завода, коммерсанта немецкого происхождения по фамилии моль. Вскоре после революции особняк сняли с фундамента и, подкладывая под него круглые бревна, перекатили за территорию расширившегося завода. Директор завода гордится тем, что эта технология была впоследствии перенята столичным мэром (известным своей слабостью к перемещению дореволюционных мостов). Что касается потомков основателя "апрелевки", то они о славном прошлом своей фамилии не забывают. После перестройки внучка господина моля несколько раз посещала апрелевку, дышала "воздухом своего детства" и обещала, по словам директора, что никаких претензий по возврату собственности выдвигать не будет.

Вообще николай карпушев оказался приветливым директором. На прием к нему была очередь, в которой мы просидели минут сорок. Зато после получасовой беседы история постперестроечного существования завода и героического спасения "апрелевки" от банкротства оказалась передо мной как на ладони.

Катастрофа произошла в 1995 году. Завод акционировали, около 50% акций было сохранено в государственной собственности, остальные были распределены между трудовым коллективом и управленцами. Бюджетное финансирование было прекращено, спрос на грампластинки на фоне возросшего интереса к компакт-дискам и аудиокассетам стал ничтожным, налог на недвижимое имущество и оборотные средства многократно превысил доходы предприятия, а расходы на социальную сферу (школа, поликлиника и т. Д.) Поставили новообразованное ао на грань банкротства. На заводе было введено внешнее управление, однако вскоре с кредиторами, крупнейшим из которых было налоговое ведомство, удалось заключить мировое соглашение. В 1996 году завод избавился от "коммуналки", отдав котельную и школы в муниципальную собственность. Затем стал продавать и сдавать недвижимость в аренду, постепенно погашая долги.

Музыкальная лапша.

Территория завода производит неизгладимое впечатление. К цехам мы шли через руины зданий и горы промышленного мусора, которые вполне бы могли служить декорациями для "сталкера", возьмись кто делать его ремейк. Чудом не пострадавший памятник советской семье выглядывал из зарослей низкорослых деревьев. "Это наша достопримечательность,-- сказал сопровождавший нас заместитель директора игорь селиванов.-- Называется 'жена бросила мужа с ребенком и рогами'". Оливковая ветвь, которую женщина держала над головой мужчины, действительно напоминала ветвистые рога. "Всего у нас 17 гектаров территории,-- продолжил замдиректора,-- правда, два пришлось отдать муниципальным властям, там котельная и коммунальные сети, которые обслуживают весь город. А мусор не фотографируйте. Это мы уберем, приезжайте через год, сами увидите".

Осмотреть все цеха оказалось совсем непросто. Сейчас на территории апрелевского завода грампластинок более или менее успешно функционируют 30 предприятий. Некоторые приобрели или арендуют помещения у завода, некоторые -- совместные, с долевым участием "апрелевки". Причем ставка сделана на развитие непрофильного производства.

Скажем, оборудование для формовки пластмасс быстро приспособили под производство различных изделий из пвх: оконных рам, игрушек, посуды -- чего угодно по предоставленному заказчиком образцу. Подойдя к формовочному цеху, мы увидели, как в машину загружают пластмассовые банки для майонеза. "Условия нормальные, не устраивало бы -- не покупали,-- сказала нам руководившая погрузкой женщина.-- Платим 2,5 рубля за комплект, вывоз наш... А вы не из налоговой?".

В соседнем типографском цехе, ранее печатавшем конверты для пластинок, наладили производство плакатов и календарей. Однако заказов оказалось не слишком много -- сильна конкуренция. На скамейке перед входом в здание сидела начальник цеха нелли хрусталева и почти все ее подчиненные. "Работа есть,-- заверила начальник цеха,-- просто это вы неудачно попали. И платят у нас регулярно, и хорошо платят -- технолог семь тысяч получает, рабочие по четыре". Рабочие дружно закивали головами.

Но главную ставку руководство завода сделало на пищевое производство. Как делают лапшу быстрого приготовления, нам увидеть не удалось. Ооо "асм", арендовавшее помещение для ее производства, раскрывать нам тайну изготовления вьетнамскими рабочими лапши категорически отказалось. "Господин туан уехал и пускать никого не велел",-- заявил нам хмурого вида охранник. Замдиректора завода селиванов только развел руками. По соседству с вьетнамцами обосновались китайцы, решившие тоже заняться производством лапши, только из рисовой муки. К сожалению, смотреть там было нечего: оборудование еще не завезли.

Зато нам показали особую гордость апрелевского завода -- цех по производству печенья "мелодия вкуса". Установленная там линия итальянской фирмы finmma позволяет делать до 1200 тонн печенья в месяц. На вопрос о стоимости оборудования господин селиванов, помявшись, ответил, что "не меньше миллиона, но не больше трех -- конечно, в долларах". Ответа на вопрос о том, кто же инвестировал такие деньги, пришлось добиваться значительно дольше, но в конце концов замдиректора сдался: "молдаване есть одни. Они эту линию сперва у себя установили, но сбыта не было. Откуда ж у них сбыт? вот они линию к нам и перевезли. А мы участвуем в этом предприятии помещением".

В том же здании оказался цех по производству пластиковых бутылок и розливу минеральной воды. Цех стоял. Игорь селиванов пожал плечами: "скважину никак сертифицировать не можем. Раньше -- прошел санэпидемстанцию, и все, а сейчас столько инстанций -- не сосчитаешь". Скважину, как выяснилось, пробурили здесь же, на территории завода. Название для воды еще не придумали, однако в том, что оно тоже будет "мелодичным", никто не сомневается.

Еще мы наткнулись на чулочную фабрику без названия. Вокруг здания что-то делали труженики из братских стран востока. Смущенно улыбаясь, они попозировали перед фотокамерой, однако поговорить нам так и не удалось. Невесть откуда прибежавший охранник потребовал у нас разрешение на съемку от своего начальства, а выяснив, что мы таковым не располагаем, потребовал удалиться. "Здание продано, так что теперь они здесь хозяева",-- уточнил игорь селиванов.

Собственников и арендаторов в "апрелевке" вообще немало. И не только в производственной зоне. В административном корпусе расположились несколько магазинов, стоматологическая клиника, юридическая консультация и даже филиал московского историко-архивного университета. Сколько арендаторы платят, выяснить так и не удалось. "По-разному, по-разному,-- сказал замдиректора селиванов.-- Да и сами поймите, кто ж о таких вещах говорит. У нас все деньги, что оказываются на счетах, сразу списываются за долги. Вот 'зилок' в этом году хотели купить, да где там..." Разговор увял как-то сам собой.

Песни патриотов.

Тем не менее то, ради чего завод создавался -- производство грампластинок,-- на заводе каким-то чудом сохранилось. Игорь селиванов очень обрадовался, узнав, что мы хотим его посмотреть.

Цех оказался небольшим -- примерно 100 кв. М и десяток станков. Следов бурной деятельности заметно не было. "Оборудование для гальванизации пока не установили,-- пояснил замдиректора,-- а так скоро начнем". Сам процесс производства грампластинок оказался очень простым: поливинилхлоридную массу разогревают, прокатывают через валики, а получившийся блин крепко сжимают между двумя металлическими матрицами. Самое сложное -- отделить готовую пластинку от матриц, не повредив ее. Для этого и нужна гальванизация.

Станки шведской фирмы toolex alpha считаются современными. Тот цех, куда нас привели, может делать до 10 млн пластинок в год. Завод закупал их в начале 90-х годов, платил по 45 тыс. Инвалютных рублей за каждый агрегат. На момент банкротства в "апрелевке" было 150 таких станков. Большая их часть сейчас разобрана и хранится на складах. Некоторые продали. О деталях сделок господин селиванов предпочел не распространяться, зато охотно рассказал о современной конъюнктуре на оборудование для грамзаписи.

С наступлением эры cd большинство мировых звукозаписывающих фирм демонтировало оборудование для производства виниловых пластинок (lp, или long play в международной терминологии). И, как выяснилось, совершенно напрасно. В середине 90-х годов спрос на lp резко возрос благодаря ностальгической моде на "винил" и из-за пристрастий диджеев, избравших lp в качестве основного аудионосителя. Шведская toolex, одна из немногих выживших компаний, моментально воспользовалась ситуацией и подняла цены на свои станки до $250 тыс. В прозябавшую "апрелевку" потянулись ходоки из посреднических компаний -- они хотели выкупить оборудование. От тотальной распродажи завод спасла жадность посредников, предлагавших смешные цены: $5д7 тыс. За станок.

На обратном пути мы заглянули в заводоуправление, к директору. "У нас все наладится -- вот увидите. Уже и пробную партию пластинок выпустили,-- николай григорьевич тут же продемонстрировал диск.-- Первый, с патриотической музыкой. И вообще, в шоу-бизнесе у нас хорошие перспективы: почти подписали контракт с одной австрийской фирмой на 12 тыс. Пластинок -- классическая музыка. Есть у нас совместный проект с радио 'шансон' и 'союзом' -- тоже будем работать. А история у нас какая -- завод в 1910 году основан, первый в россии! вся музыкальная политика через нас шла. Фурцева к нам приезжала, мы ведь в штате минкультуры были. Так вот, тогда здесь были одни бараки, а фурцева сказала, чтоб дома строили, и место показала. Там первый дом и возвели, он и теперь домом фурцевой зовется. И музей у нас есть".